11.05.2018




Как жизнь сложилась после выпускного?
Как часто снятся школьные уроки?
Ты знаешь, я туда мечтаю снова
Когда-нибудь попасть. А эти строки
Пишу тебе сейчас и улыбаюсь,
И знаю точно: улыбнёшься тоже.
Не стал другим, всё так же ошибаюсь;
Всё так же, но ошибки всё дороже.
Всё хорошо, я жив-здоров, не старый.
Скажи, как ты жила все эти годы?
Жаль, не услышишь перебор гитары -
Мои стихи теперь другой породы.
Я вспоминал тебя, и помню точно
Тот самый дом недалеко от школы,
Где наша юность не была порочной
(За исключеньем, может, рок-н -ролла
И тяжести нерусского металла).
И «Спартака» я до сих пор в фанатах.
Как дочь твоя? Ты бабушкой не стала?
А я своих ещё держу в пенатах.
Но время мчится. Знаю, не замечу,
Как скоро улетят птенцы орлами.
Ну, в общем, предлагаю тебе встречу,
Если найдёшь минутки меж делами -
Поговорить о жизни после школы.





Когда-то был я пионером,
Но вот примером я не стал.
Не стал я, впрочем, и премьером;
Не пал, воюя за металл.
Зато я помню время чётко:
И горн, призывней свиста пуль;
Рубашку, шорты и пилотку;
Июнь, и август, и июль;
Костры, зарницы и походы;
Гитар нестройные лады.
Всё это в памяти вне моды
Имеет чёткие следы.
Я и сейчас с утра по новой,
Без мыслей задних и понтов,
На клич «Будь, пионер, готовым!»
Отвечу, что всегда готов!





Где-то там далеко и давно
Синим пропуском были билеты
На сеанс предпоследний в кино.
А в кармане лежали конфеты
Для девчонки, с которой на ты;
За которую дрался у школы
Со шпаной; и крапал на листы
Междометия, наречия, глаголы. -
До стихов было мне далеко.
Синим пропуском стали билеты.
Шёл сеанс, и казалось легко
Гладить руку в отсутсвие света.
Я учился любви вместе с ней,
Целовались в подъезде украдкой,
И внутри клокотало сильней -
Будто сердце кололи рогаткой.
А потом всё случилось: кино
Не покажет такие сюжеты.
Это было настолько давно,
Что уже не отыщешь билеты -
Синим пропуском в нежную даль.
Мы сегодня настолько другие,
Что обоим нисколько не жаль
На экраны смотреть с ностальгией.




Одолели дела, тупо душат заботы.
Жизнь меня привела в мир, где нет поворотов:
Прямо, ввысь или вниз, иль туда и обратно.
Каждый новый сюрприз безусловно приятный.
Словно новый урок, снова разные люди.
Где порок, там порог, но другого не будет.
Ни пути и ни троп, ни движенья по кругу.
Стенам нужен мой лоб, как трава нужна лугу.
Хлеб колосьям итог, но в муку -через муку.
Через строки - тревог одолею науку.
И закончу дела, чтоб исчезли заботы.
Жизнь мне право дала не придумывать ноты,
А, ища, находить; и терять, не теряя.
И по струнам ходить между адом и раем.





Уводит время неудачи прочь
Лишь потому, что вечность не устала.
Наступит день, едва отступит ночь
И солнце выйдет в центр пьедестала.
Что мне дано, то многим не дано
(Или они не говорят об этом).
Когда-то исключительно давно
Я тоже был российским непоэтом.
Но был удар, за ним пришёл и дар.
И с каждым разом, искренне и с кровью,
В стихах моих волнительный пожар
Мир наполняет верой и любовью.
Без правил в написании, хотя
Одна лишь существует аксиома:
Шути любя, но не люби, шутя.
И не спеши пускать в дом незнакомых.
В тот самый дом, где странствует душа;
Где свежий ветер, и дожди, и снеги;
Где золото с деревьев неспеша
И где спешат на смену им побеги.
Уводит время неудачи прочь
Лишь потому, что вечность не устала.
Но будет день, который сменит ночь;
И солнце выйдет в центр пьедестала.





Ускоряется время вращения.
Жизнь на вкус с изобилием соли.
А любовь - чистота в ощущении
И немного мучительной боли.
Царь Давид другом стал и советами
Утешал, когда правили крайности
И когда били больно кастетами.
Как я выжил - оттенок случайности.
Время не прекращало вращения,
На шарманке играло до паники.
А любовь - чистота в ощущении.
Есть кнуты и есть тульские пряники.
Царь Давид другом стал удивительным.
Почитаю псалтырь пред лампадами
И найду в нём с ответом спасительным
Все, чего в жизни этой лишь надо ми.
И замедлится время вращения.



НИКОЛАЮ ЧУДОТВОРЦУ
Заступник мой пред Господом всегда,
Молюсь, через тебя прося пощаду,
Прощение грехов, неблизость к аду.
И милости прошу. Уйди беда!
И слышит Николай, и каждый раз
Спасение душе моей дарует.
Сонм ангелов вокруг него ликует,
А он пред Богом молится за нас.
::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::.
И чудом-чудным, дивом-дивным вновь
В мир посылает веру и любовь.




Рождение повести - способ найти чистоту.
Взросление совести - близость к Иисусу Христу.
Евангелие - знание; радость являет Псалтирь.
В момент покаяния светом откроется ширь.
И милостью Господа дом наполняется весь.
И главное счастье - сейчас и, конечно же, здесь.




Я так люблю твой необычный чай
За мятный вкус и за цветки мелиссы.
Душицы только ты не замечай
И без причин до встречи не скучай;
Не торопись со сцены за кулисы -
В гримерку, где покой и зеркала;
Где средь цветов припрятаны секреты.
Нас неслучайно жизнь с тобой свела:
Сирень вокруг с весною расцвела.
Без спросу наломаю всю в букеты
Тебе - я так люблю твой чудный чай:
С мелиссой, чабрецом, цветками мяты.
Ты только ход часов не замечай
И без причин до встречи не скучай.
Сомнений нет: приеду я когда -то.





Жизнь узлы заплетает из дней;
Ночи также - не просто канаты.
Из дали всё, конечно, видней;
И не все из дали виноваты.
И себя хоть винить и спешу,
Но унынье - не то состояние.
Я осознанно меньше грешу,
Я постом усмиряю желание.
Нет, не старость, не страх, а покой
Ищут в сердце с молитвой приюта.
Мама спросит: «В кого ты такой?
Нет в роду нашем странных как будто.
Хотя нет, был поэтом мой дед,
Лихо жарил в деревне частушки».
Может быть, я не знаю ответ,
Но стихи для меня не игрушки.
Слово - исповедь, фраза -поклон.
Ночи, мама, - не просто канаты.
Жизнь узлы расплёт у икон,
Бог простит всё, в чём я виноватый.
И укажет дорогу к Себе.




НА «ТРОИЦУ»
А в храме на полу лежит трава,
И меж икон полным-полно берёз,
Молитвенно торжественны слова,
Их слышит:Дух, Отец и сын Христос.
Встав на колени, молимся, чтоб вновь,
И вновь, и вновь Дух снисходил с небес!
И милость Божья, Божия любовь,
Собой являла чудо из чудес!
Повсюду с нами: Дух, Отец, Христос,
Они с улыбкой слышат все слова,
А меж икон полным-полно берёз,
И в храме на полу лежит трава.



32 МАЯ
У меня зазвонил телефон:
Набирал мне тот самый барон.
С ним решили продолжить весну,
Объявив англичанам войну.
Я его, как себя понимая,
День прибавил с улыбкою маю.
Тридцать два - чем для нас не число?
Время есть победить в мире зло.
Там, глядишь, и навеки весна,
И прогулки по парку без сна;
По полям, по морям, где раздолье.
С Мартой он, я, конечно же, с Олей.
Слава Богу, что есть телефон
И что самый известный барон
Набирает меня, понимая,
Что есть день дополнительный в мае.



ВЛАДИМИРУ АНТОНОВУ
Мы проснемся, уснём,
Мы устанем немного.
Каждый день, день за днём,
Жизнь - подарок от Бога.
И когда непокой,
Время скачет по кругу,
Или душит тоской, -
За спасением к другу
Я спешу всякий раз.
Прочь уходит тревога,
Ибо здесь и сейчас
Друг - подарок от Бога.
А сегодня его
День Рожденья, и снова
Я желаю всего
Тебе лучшего, Вова!
Пусть всё будет ништяк!
Без трагедий, но с драмой.
Пусть осилит Спартак
С крупным счётом Динамо.
Пусть твой сын, как и ты,
Улыбается часто.
Там, где мысли чисты,
Пусть не будет контрастов.
Оставайся собой,
Посылай беды матом.
В непонятке любой
Я зову тебя братом.
А в понятке всегда
Я зову тебя другом.
Пусть сияет звезда
Там, где время по кругу.
Мы проснемся, уснём,
Мы устанем немного.
Каждый день, день за днём,
Жизнь - подарок от Бога.




Давно б погряз я в омуте страстей
И все б грехи в себя вобрал бы я,
Когда б Господь мне не послал детей,
Тем дав понять, что главное -семья.
Не сразу понял я, и лишь потом,
Пройдя по кругу с грязной колеёй,
Вернул себя в свой самый главный дом,
Соединившись навсегда с семьёй.
Богатство не в деньгах имеет счёт,
Они навряд ли создадут уют.
Весь смысл счастья в том, что кто-то ждёт.
Большое счастье, когда дети ждут.
Звонки от них - хоть часто ни о чём -
Важней любых других, и каждый раз
Я улыбаюсь утренним лучом,
Поскольку здесь всё это и сейчас.
И я прошу у Бога: дай им Бог!
И сохрани, и защити от бед!
Ты мне когда-то искренне помог
Понять, чего на свете лучше нет.



АЛЕКСАНДРУ КРЖИНОВСКОМУ
Жизнь интересна, Саня! Всякий раз
Приходит Бог - в момент решить задачи.
Устроен мир лишь так, и не иначе.
А как иначе может быть сейчас?
Жизнь интересна, Саня.
Всякий раз.

И новый день рождает новый год.
Лета не просто так являет лето.
Бог с нами всюду, рядом, а не где-то.
Он всех, кто верит, милостью спасёт.
И новый день рождает новый год.

Тебе желаю, Саня: счастлив будь!
Не изменяй себе, гони тревогу!
Господь укажет к чудесам дорогу,
Открыв свою божественную суть.
Тебе желаю, Саня: счастлив будь!





Мы проснемся, уснём,
Мы устанем немного.
Каждый день, день за днём
Жизнь - подарок от Бога.
И когда непокой,
Время скачет по кругу,
Или душит тоской -
За спасением к другу
Я спешу всякий раз.
Прочь уходит тревога,
Ибо здесь и сейчас
Друг - подарок от Бога.
В город входит весна,
Мир исполнен цветенья.
Мне судьбою дана
Чистота обретенья.
И я радуюсь всем
И всему по дороге.
И главнее всех тем -
Мои песни о Боге.
Благодарность Ему
В каждой строчке, и снова
Постараюсь, пойму
Данность каждого слова.
Ибо в мыслях о Нём
Просветления много.
Каждый день день, за днём
Жизнь - подарок от Бога.


КСЕНИИ ПЕТЕРБУРЖСКОЙ
Петербуржская матушка Ксения,
Помолись за меня о спасении
Перед Господом, в Царстве небесном.
Попроси о здоровье телесном;
О душе без тревог, без уныния;
Чтоб во веки веков, как и ныне, я
С верой в Господа шёл ко спасению.
Помолись, прошу, матушка Ксения:
За меня, за семью, за отечество;
За христиан и за всё человечество.
Милость Бога нечаянной радостью,
Как нектар с удивительной сладостью.
Помолись, помолись о спасении,
Петербуржская матушка Ксения!





Зачем-то прохожу я этот путь
И для чего-то складываю в строки
Дошедшую до сердца счастья суть,
Распяв постом с молитвою пороки.

В борьбе с уныньем в помощь только Бог -
По милости Его все живы вечно.
Тернистый смысл всех медленных дорог
Лишь только в том, что время быстротечно.

Понять, принять, пролив на землю кровь.
Солёный пот - в основу совершенства.
Среди имён главнейшее - любовь:
Всесильный ключ небесного блаженства.

И каждый сам не к зАмку, а к замкУ -
Через посты, молитвы Бога ради.
Речёт река, и я в тиши реку
Слова, не сохранённые в тетради.

Но в сердце вместо сердца на века:
«Храни Господь, будь милостив во веки,
Хоть не достоин я». Речёт река,
Впадая то в моря, то снова в реки.

Зачем-то прохожу я этот путь:
Чем дальше, тем не так пугает дыба.
Внутри слова смиряют стуком грудь:
«Спасибо, Бог! Христос, за всё спасибо!»





Ты улетишь и будешь где-то там:
С другим, с другими или одиноко.
Ходить по не известным мне местам,
Как я хожу строкою по листам,
Где иногда ходил Есенин с Блоком.
Ни Питер, ни Париж, ни Амстердам
Ни Лондон, ни Нью-Йорк - нигде случайно
Не встретит нас с тобой, и я не дам
Им даже повод, ибо не предам
Огласке наши тайны или тайну.
Но где бы ты и с кем бы ни брела
В дожди и вьюгу, в жаркую погоду,
Я знаю точно: бросишь все дела,
Лишь я шепну, что ты меня свела
С ума бессонницей, входящей в моду.
Что я грущу в ночи наедине
С другой - с другими очень одиноко!
В Париже, в Амстердаме, на Луне
И на листах, где строки в тишине
С Есениным ходили или с Блоком.




Для поэзии времени нет. -
На поэзию время найду!
Мне не нужен давно кабинет,
Я поймать не сумею звезду.
И к чему мне она без сестёр
И без старой знакомой луны?
Где горит пионерский костёр,
Там соседствуют с памятью сны.
Для поэтов прошли времена.
На поэзию время найду,
Ибо в сердце взошли семена,
Ибо вишня созрела в саду.
Добрый князь за княгинею - в бой
Со шпаной, как бывало не раз.
Солнце, как я любуюсь тобой!
Мой огонь до сих пор не погас.
Где горит пионерский костёр,
Где гитара звучит до утра,
Я из памяти чувства не стёр.
Время просто плохая игра.
Уж полвека не знаю примет
И себя, как мальчишка, веду.
Для поэзии времени нет.
На поэзию время найду!




Не первый, не первая, но почему-то
Храним нашу близость и ждём продолжения.
И как-то привычно недели минутам
Равны на неровном участке движения.
Где тайны как тайны, но знаки неточны,
Дыхание стужи мечтам не преграда.
Порочная в том, что я крайне порочный.
Не первый, не первая - значит, так надо.
А мысли повисли, где сброшено платье,
Где джинсы мои вместе с майкой на стуле.
Храним нашу вечность, сжимая в объятьях,
Поскольку желания в нас не уснули.
И только недели привычно минутам
Равны на неровном участке движения.
Не первый, не первая, но почему-то
Храним нашу близость и ждём продолжения.